Рубрика «#140 лет Тюменскому музею»


В рубрике «#140 лет Тюменскому музею» собраны интересные факты о Тюменских музеях.


1. В  1847 году на здании городской Думы (ныне музей «Городская Дума») были установлены первые общественные часы города.
Башенные часы с боем по типу курантов Московского Кремля по системе московского часовщика Ивана Бутенопа, сконструировал крестьянин Успенской волости Алексей Иванович Трусов, проживающий в Тюмени. Известно, что мастер занимался в городе Тюмени часовым делом вместе с двумя сыновьями. 
Тюменские куранты занимали всю высоту здания. В башне – пожарной каланче (была расположена на крыше здания Музея «Городская Дума» в 1847 году) размещались колокола для часов, на фронтоне – циферблат, на втором этаже – механизм, а в часовые шахты первого и цокольного этажей опускались гири. Бой часов был слышен в разных частях города.
После революции и гражданской войны часы из-за потери отдельных деталей остановились, исчезли колокола.  Тюменские куранты были восстановлены в 1953 г. механиком Алексеем Григорьевичем Галкиным (1890–1980). После ухода Галкина часы, которые шли в течение 24 лет, стали давать перебои в работе, а через некоторое время снова встали.  В 1986 г. они были вновь отреставрированы Павлом Петровичем Ларионовым (1927 г.р.). С тех пор часы работают постоянно. 

В 2017 г. старинному механизму, который сохранился в первозданном виде, исполнилось 160 лет.


!Тюменские куранты_Музей Городская Дума.jpg    !Тюменские куранты_Музей Городская Дума!.jpg                  


2. Первый музей в Тюмени.
Первый музей в Тюмени появился в далеком 1879 году. Это был учебный музей при Тюменском Александровском реальном училище. В конце XIX века в городе сложилась странная ситуация, с одной стороны музей есть, высоких гостей (в том числе иностранных) с ним знакомят, им гордятся и восхищаются, а с другой стороны – посещать его могут только учащиеся реального училища. Чуть больше столетия назад музей был недоступным местом для большинства жителей нашего города.
Общедоступным музей стал благодаря Николаю Чукмалдину. В мае 1899 года купец обратился к Тюменской городской Думе с предложением устроить в городе общедоступный публичный музей. К этому моменту он уже выкупил у И.Я. Словцова принадлежавшие ему коллекции, добавил к ним собственную, весьма обширную коллекцию и превосходную библиотеку. Николай Мартемьянович предложил подарить всё это городу при условии, что тюменские власти построят специальное здание для музея. К сожалению, Городская Дума отказала ему, сославшись на недостаток средств. Тогда Чукмалдин официально передал все свои коллекции Тюменскому Александровскому Реальному училищу с условием, чтобы под постоянную экспозицию было выделено четыре просторных зала, и, чтобы в праздничные и выходные дни музей был доступен для всех желающих.                                      

Тюменское реальное училище - открытка нач. XX в.jpg Так выглядел музей реального училища в 1890-х годах. Из книги Н. Чукмалдин Мои воспоминания.jpg

*Фотографии из фондов ГАУК ТО «Тюменское музейно-просветительское объединение»


3. В Музейном комплексе им. Словцова хранится более 35 тысяч фотографий и негативов.
Главное место среди них занимают виды Тюмени и портреты ее жителей. Многие из фотографий поступили в музей от самих горожан и известных фотографов. Особое место занимает коллекция негативов, переданная музею тобольским меценатом Аркадием Григорьевичем Елфимовым. Это более сотни портретов жителей Тюмени начала XX века работы тюменского фотоателье Луки и Константина Родионовых на стеклянных негативных пластинах.

В 1930-е годы фотоколлекция была вывезена из Тюмени в Киев известным украинским краеведом Иваном Спиридоновичем Абрамовым. Позже негативы Родионовых оказались в частном собрании в Польше, в городе Лодзь. Они были приобретены российским коллекционером А. Капрановым и возвращены на родину. Новый владелец коллекции – Аркадий Григорьевич Елфимов – в июле 2006 года передал ее музею. В том же году был выпущен альбом «Вся Тюмень. Портреты горожан начала ХХ века в фотографиях Л.И. и К.Л. Родионовых», в котором впервые была опубликована большая часть уникальной коллекции.
1 негатив.jpg2 негатив.jpg3 негатив.jpg4 негатив.jpg6 негатив.jpg
*Негативы из фондов ГАУК ТО «Тюменское музейно-просветительское объединение»


4. Первый в коллекции музея безмен. Латунь. 1811 г.
В наши дни такой предмет  вызывает удивление: длинная палка с набалдашником   скорее  похожа на средневековое холодное оружие – булаву. Только чашка на цепях да градуированная шкала на стержне выдают в предмете взвешивающее устройство. Это русский безмен. Конструкция его проста и оригинальна. На одном конце  зафиксирована гиря, ее масса составляла порядка 1 русского фунта (409,5 граммов), далее - рукоять с  измерительной шкалой, завершает изделие металлический крюк и чашка на цепях. На крюк подвешивали товар и уравновешивали безмен  на  ремне, перемещая  по  шкале. Добился равновесия – смотри  каков  вес товара.

На этом первом в коллекции музея безмене есть дата: 1811 год.   Его противовес - гиря вся в царапинах и пробоинах. И в самом деле, можно поверить, что безмены порою использовались и в качестве оружия. Ими можно было не только взвесить товар, но и, при необходимости, дать отпор злоумышленнику. Может в этом одна из причин того, почему торговцы считали безмен исключительно удобным и полезным орудием торговли.

Этот самый - первый в коллекции безмен был подарен музею Тюменского Александровского реального училища купцом и меценатом Н.М. Чукмалдиным еще в конце XIX века. А в наши дни безмен украшает коллекцию «Металл» «Музейного комплекса им. И.Я. Словцова».

 

*Фотографии из фондов ГАУК ТО «Тюменское музейно-просветительское объединение»



5.  Коробка гербарная Ивана Яковлевича Словцова. 1880-е гг.                 

Некоторые предметы в музее имеют особое,  мемориальное  значение. А если это связано с именем И.Я. Словцова, то  их статус еще более увеличивается.  К таким предметам относится гербарная коробка, которая во времена работы Словцова использовалась как оборудование.  В неё Иван Яковлевич складывал засушенные растения из своих многочисленных поездок по Тюмени и её  окрестностям. Надпись на коробке так и гласит: "Флора Тюмени. собр. Словцова". В правом верхнем углу указаны номера «38»,  более мелким шрифтом – «2887».

Длительное время эта коробка находилась в фондохранилище, и относилась тоже к оборудованию.  Но уже в наше время, в 2000-е годы хранителем было предложено внести её в основной фонд  коллекции  «Ботаника».  Гербарных листов, подписанных самим И.Я. Словцовым, к сожалению, не сохранилось. Зато прекрасное подтверждение того, что гербарий собирал и определял сам Словцов  - есть в Ботаническом институте имени В. Л. Комарова РАН в Санкт-Петербурге (БИН РАН).

Теперь эта коробка – весьма востребованный предмет на выставках, посвященных истории музея.

26999 Гербарная коробка_сайт.jpg

*Фотография из фондов ГАУК ТО «Тюменское музейно-просветительское объединение»

ТОКМ ОФ-26999. 



6. СИБИРСКАЯ МОНЕТА.

В фондах Музейного комплекса им. И.Я. Словцова в коллекции «Нумизматика» хранится более сотни сибирских монет.

Специалистам, и прежде всего музейным работникам хорошо известны сибирские монеты второй половины XVIII века, на лицевой стороне которых изображён вензель Екатерины II, окруженный венком из лавровой и пальмовой ветвей, а на обороте два соболя держат коронованный щит с номиналом монеты, окруженный надписью "Монета сибирская".

Как же появилась сибирская монета, зачем она была нужна? Дело в том, что в XVIII веке в России основой денежного обращения была тяжеловесная медная монета, и доставка и распространение её в отдаленную Сибирь обходились очень дорого для казны. Оптимальным вариантом было бы создание в Сибири собственного монетного двора, но проблема была в том, что в регионе отсутствовала развитая медеплавильная промышленность, необходимая для изготовления монет. Однако в середине XVIII века начинает развиваться добыча благородных металлов на Алтае, на Колывано-Воскресенских горных заводах, при этом остаётся достаточно большое количество меди, содержащей, однако, небольшую примесь серебра. Вот из этой-то, оставшейся в большом количестве меди и было принято решение чеканить особую монету, имеющую хождение только в Сибири.

 Новый монетный двор был основан на притоке Оби, реке Нижний Сузун в 130 верстах от Барнаула. Из Екатеринбурга были доставлены станки и оборудования, а из Петербурга — мастера и матрицы для изготовления сибирских монет. В 1766 году Сузунский монетный двор начал свою работу — начался выпуск сибирских монет номиналов в полушку, денгу, 1, 2, 5 и 10 копеек.

К началу 1780-х гг. запасы серебристой меди, содержащей примеси золота и серебра истощились, оставшаяся руда имела чрезвычайно малый процент примесей, поэтому в ноябре 1781 г. от чеканки сибирской монеты казна отказалась, перейдя на чеканку общероссийской монеты.

1434-16 Сибирская монета 10 коп_сайт.jpg

*Фотография из фондов ГАУК ТО «Тюменское музейно-просветительское объединение»



7. Что за слово такое чудное - «ендова»?

Давно ендовы ушли из нашего быта, и сегодня их можно увидеть лишь в музейных коллекциях, например, в коллекции «Металл» «Музейного комплекса им. И. Я. Словцова».

Два же брата между тем

Деньги царски получили,

В опояски их зашили,

Постучали ендовой

И отправились домой.

П. Ершов «Конёк-Горбунок»

Почему, продав златогривых коней, братья Ивана в сказке П. Ершова «Конек-Горбунок» «на радостях» «постучали ендовой»?

Немногим в наши дни знакомо слово «ендова». А ведь в прошлом его знал каждый русский человек. Ендова - закрытый или открытый приземистый сосуд с носиком, бытовавший широко до конца XVII века. Это праздничный сосуд для «праздничных» же напитков. Бывало, в старину, нарядно одетые хозяйки выходили за ворота и угощали прохожих пивом, медом, брагой, разливая их из ендов по чаркам. Медные подвесные на цепочках ендовы предназначались для общего пользования, например, в корчме. По венцу таких чаш четко и красиво вычеканивалась надпись самой широкой адресации: «Чашка доброго человека». Вот и становятся понятными слова из сказки П. Ершова: «постучать ендовой»  - значит посидеть за праздничным столом и «отметить» какое-то событие «веселым» русским напитком, налитым в ендову.

11362 ендова_сайт.jpg

*Фотография из фондов ГАУК ТО «Тюменское музейно-просветительское объединение»


8.  Зуб Мастодонта (сем. Mammutidae, †Mammut sp. (syn. Mastodon)

10 января 1989 г. сотрудником музея, палеонтологом,  впоследствии научным сотрудником  Института экологии растений и животных УрО АН СССР (г. Свердловск) Н.Е. Бобковской была  определена видовая принадлежность  зуба  хоботного, находящегося в музее.  Зуб (моляр) низкокоронковый, с тремя парами  крупных бугров, затронутых стиранием - принадлежал мастодонту. Местонахождение неизвестно.

По литературным данным этот вид обитал и на территории нашего региона.

Первые мастодонты появились в Африке в олигоцене, примерно 35 млн лет назад. Позднее эти хоботные распространились в Европе, Азии, Северной и Южной Америке. Последние мастодонты вымерли около 10 000 лет назад. В отличие от современных слонов, у мастодонтов бивни имелись как в верхней, так и в нижней челюсти. Поздние мастодонты имели только одну пару бивней.

Этот предмет предположительно из коллекции Тюменского Александровского реального училища был записан в основной фонд  и занял достойное место в коллекции музея.

26931 Зуб мастодонта_сайт.jpg

*Фотография из фондов ГАУК ТО «Тюменское музейно-просветительское объединение»


9. Коллекция подвесных чернильниц. Медь, литье. Россия. XVII-XIX вв. 

В коллекции «Металл» «Музейного комплекса им. И.Я. Словцова» есть небольшая, но весьма любопытная коллекция старинных подвесных чернильниц. Литые орнаменты на их гранях напоминают прямо-таки сказочные сюжеты: на одной из них райская птица Сирин «поет» свои песни о грядущем блаженстве, на другой – вечная битва льва и единорога. На третьей - скачет на коне то ли земной, то ли небесный всадник. А это кто, неужели Горгона?… Такие мысли приходят всякому, кто пристально рассматривает эти медные чернильницы. 
Нужно сказать, чернильницы являлись редкостью в допетровской Руси. Как правило, ими владели не просто грамотные люди, а те, кто был связан с работой, требующей письма – государственные служащие писали указы, монахи переписывали в монастырях книги и летописи. Чернильницы были в обиходе представителей царской семьи, бояр и дворянства еще и потому, что являлись весьма дорогим аксессуаром письменного стола. В зависимости от знатности и богатства владельца, чернильницы могли быть украшены цветными эмалями. Ценность и значимость чернильниц подчеркивает и то, что почти все они в XVI- XVII веках являлись переносными, то есть владелец не мог иметь несколько чернильниц и всегда носил имеющуюся с собой. А для удобства переноса, на чернильнице была цепочка, которую можно было надеть на шею или на пояс. Некоторые из них снабжены и перницей - специальным футляром для гусиных писчих перьев. Таким образом, чернильницы были еще и атрибутом одежды у разного рода писарей, казначеев, сборщиков налогов. Довольно долго, вплоть до конца XIX века использовались они в церковной и монастырской среде, откуда многие из них и попали в музей. 
Теперь, понимая значимость и ограниченную в свое время распространенность подвесных чернильниц, мы можем сказать, что музей обладает весьма ценной исторической коллекцией подвесных медных чернильниц. 

сайт_коллекция подвесных чернильниц. Медь, литье. Россия..jpg

*Фотография из фондов ГАУК ТО «Тюменское музейно-просветительское объединение»